О дедолларизации, бюджете РФ, нефти и газе

О дедолларизации, бюджете РФ, нефти и газе

Коротко для тех, у кого нет времени читать статью полностью: никакая дедолларизация, разумеется, не снизит, и не может снизить нашей зависимости от курса доллара. Ну а если чуть подробнее, то дела наши обстоят следующим образом.

О бюджетах Российской Федерации

Когда кто-то говорит о бюджете нашей страны, всегда следует спросить:

«Какой именно из них имеется в виду?»
Все дело в том, что они разные, и их много. Создается федеральный бюджет РФ, который собирается на нужды страны в целом. Но существуют также и региональные бюджеты, которыми распоряжаются сами регионы.

Не вдаваясь в излишние подробности, отмечу, что часть налогов, которые платят предприятия и граждане идут в доходы федерального бюджета, а другая часть таких налогов – в региональные, где, собственно, находятся плательщики (предприятия и граждане). Ну и поскольку большинство регионов у нас дотируемые (неспособные собрать деньги на собственные нужды), осуществляется еще перераспределение ресурсов между этими бюджетами.

Так вот, чтобы не путаться в этих хитросплетениях, мы будем говорить о федеральном бюджете нашей страны. А еще – о так называемом консолидированном бюджете, который включает в себя все доходы и расходы как федерального, так и региональных бюджетов, из которых исключены трансфертные платежи между бюджетами.

Говоря проще, доходная часть консолидированного бюджета – это все поступления во все бюджеты Российской Федерации, а расходная – это все платежи, совершаемые из указанных бюджетов сторонним организациям и физическим лицам.

Поясню на простом примере. Допустим, у нас есть 2 неких региона, каждому из которых для обеспечения своих нужд требуется 15 млрд руб. в год. Но первый регион имеет доходную часть в 20 млрд руб., а второй – только в 10 млрд руб. Тогда первый регион перечислит 5 млрд руб. второму.

При рассмотрении региональных бюджетов получается, что первый регион при доходе в 20 млрд руб. заработал и потратил столько же (20 млрд руб.): 15 млрд на собственные нужды и 5 млрд – на помощь второму региону. У второго же региона доходная часть бюджета составит 15 млрд руб. (10 – из налогов, и еще 5 получено от первого региона), а затратная – 15 млрд руб. Таким образом, если мы просто просуммируем бюджеты этих регионов, то получим доходную и расходную части в 35 млрд руб.

Но в консолидированном бюджете РФ будут считаться только 30 млрд доходов, то есть 20 млрд руб. доходов первого региона плюс 10 млрд руб. – второго и 30 млрд руб. расходов (по 15 млрд руб. на каждый регион). Трансфер в 5 млрд руб. от одного региона (бюджета) к другому из консолидированного бюджета будет исключен.

О роли экспорта газа и нефти в формировании бюджета РФ

Так вот, если мы взглянем на федеральный бюджет РФ, то выяснится, что все не просто плохо, а откровенно ужасно.

Например, в 2019 году доходная часть федерального бюджета составляла 20 187,2 млрд руб. При этом нефтегазовые доходы дали 7 924,3 млрд руб., то есть более 39% от общей доходной части бюджета. Получается, что без продажи нефти и газа за рубеж мы вообще никуда.

Но, если брать данные консолидированного бюджета РФ, то ситуация значительно улучшается. Доходная часть этого бюджета, включающая доходы и федерального, и множества региональных бюджетов – 39 497,6 млрд руб. А доля нефтегазовых доходов в ней – уже только чуть более 20%.

Однако, есть здесь интересный нюанс.

Дело в том, что нефтегазовыми доходами бюджет считает только налоги и пошлины, которыми облагается добыча и продажа нефти и газа. С одной стороны, это вроде бы и правильно, но с другой…

Как известно, для международной торговли у страны должна быть валюта. Перефразируя замечательное высказывание кота Матроскина из Простоквашино:

«Для того, чтобы купить что-нибудь иностранное, надо сперва продать что-нибудь иностранцам».
А уж потом на вырученную от продажи валюту можно и покупать. Так вот, продажа нефти и газа составляет очень большую долю нашего экспорта, порядка 60%. Соответственно, выручка за нефть и газ обеспечивает приток валюты, которой, собственно, и оплачивается импорт.

К чему это я говорю? Все очень просто. Дело в том, что ряд источников формирования доходной части бюджета напрямую связаны с объемом ввезенного в страну импорта. Это налог на добавленную стоимость (НДС) по ввозимым товарам, ввозные акцизы и таможенные пошлины. Всего в 2019 году в наш бюджет поступило 3638,4 млрд руб. таких доходов.

То есть следует понимать, что торговля нефтью и газом приносит федеральному бюджету Российской Федерации не только прямой доход от налогов и сборов за реализацию этих ископаемых, но и косвенный. Благодаря притоку валюты от продаж нефти и газа, наш бизнес получает возможность покупать и завозить в страну иностранные товары. Делая это, бизнес, естественно, уплачивает налоги в бюджет РФ.

Иными словами, если вдруг (в силу какой-то катастрофы) мы не сможем продавать за рубеж нефть и газ, то объемы нашего импорта резко снизятся, так как нам просто не на что будет его покупать. И вместе со снижением импорта рухнут вниз поступления НДС, акцизов и пошлин с ввозимых товаров.

Каковы могут быть потери в таком случае? Тут все очень просто. В том же 2019 году экспорт РФ составил 442,8 млрд долл., а импорт – 243,8 млрд долл. Другими словами, мы наблюдаем до крайности профицитное сальдо внешней торговли. И это хорошо.

Но предположим, что нефти и газа в 2019 году не удалось продать ни капли и ни кубометра. В этом случае экспорт составит не более 169,1 млрд долл. И, не расходуя валютные резервы, ровно на 169,1 млрд долл. мы сможем купить всего импортного. Соответственно, импорт упадет чуть более чем на 30%. А это, в свою очередь, будет означать, что и налоговые, и таможенные поступления за ввозимые товары упадут примерно в той же пропорции.

Таким образом, можно утверждать, что общие доходы от торговли нефти и газом в 2019 году составили не 7 924,3 млрд руб. (как это записано в бюджете), а по меньшей мере 9 038,5 млрд руб. Иначе говоря, 44,7% от федерального и 22,88% консолидированного бюджетов РФ.

Сейчас читают:  Наши «Войны Пентагона»-2. Хаос опытно-конструкторских работ

О дедолларизации, бюджете РФ, нефти и газе

Вот так наша страна слезает с нефтегазовой иглы.

О нефтегазовых доходах

Но вернемся все же к именно тем доходам, которые наши федеральный и консолидированный бюджеты считают нефтегазовыми. Как уже говорилось ранее, таковых в 2019 году насчитали на сумму 7 924,3 млрд руб. Основные поступления обеспечил налог на добычу полезных ископаемых (сокращенно – НДПИ). Всего было уплачено 5 971,7 млрд руб. НДПИ платится и за нефть, и за газ. Но основную их долю приносит именно НДПИ за нефть: в 2019 году его сумма составила 5 175,5 млрд руб.

Много это или мало? Все познается в сравнении.

Так, в 2019 году расходы на образование составили 4 050,7 млрд руб. Расходы по статье «Национальная оборона» – 2 998,9 млрд руб. По статье «Национальная безопасность и правоохранительная деятельность» – 2233,6 млрд руб. А по обеим этим статьям – 5 232,4 млрд руб.

Налог на прибыль в 2019 году принес в бюджеты всех уровней 4 543,2 млрд руб. НДС за продукцию собственного производства – 4 257,8 млрд руб.

Поступления от НДПИ в 2019 году составили 15,1% всех приходов консолидированного бюджета и 29,6% – федерального бюджета. Цифра, вообще говоря, колоссальная.

Порядок расчета НДПИ

Но самое интересное – это порядок определения сумм НДПИ, подлежащих уплате в бюджет. Особенностью этого налога является то, что взимается он с каждой тонны добытой нефти, вне зависимости от того, пойдет ли она на внутреннее потребление или на эскпорт.

Формула расчета «нефтяного» НДПИ:

НДПИ на тонну добытой нефти = Ценовой коэффициент * Стандартная ставка НДПИ — Коэффициент особенности добычи
О чем все это? Сразу скажу, что коэффициент особенности добычи нас не интересует – это весьма специфическая штука, значение которой зависит от множества параметров. Для нас же важно то, что этот коэффициент может принимать как отрицательное, так и положительное значение. Иначе говоря, он способен как уменьшить, так и увеличить сумму налога.

По некоторым оценкам, в среднем он увеличивает НДПИ на тонну добытой нефти примерно на 400 руб. И с учетом того, что, например, в среднем за 2018 год НДПИ составлял 12 468 руб./т, в целом его влияние не слишком значительно.

Основную же сумму налога формирует часть формулы:

«Ценовой коэффициент * Стандартная ставка НДПИ».
При этом стандартная ставка имеет фиксированный характер. С 2017 года она составляет 919 руб.

Таким образом, определяющее значение для размера НДПИ из всех трех составляющих формулы имеет ценовой коэффициент, который в марте 2019 года, например, составлял 12,72.

Этот коэффициент считается так:

Ценовой коэффициент (Кц) = (Цена барреля Urals в долларах — 15) * Курс доллара США / 261
Говоря проще, наш важнейший налог НДПИ (а значит, и бюджет Российской Федерации) напрямую и всерьез зависят от двух показателей: цены нефти на зарубежных рынках (причем в долларах!) и курса доллара США по отношению к рублю.

Что это означает?

Предположим, стоимость барреля нефти составляла 65 долларов США при курсе доллара к рублю 60 руб., а средний коэффициент особенности добычи – 400 руб. В этом случае ценовой коэффициент составит чуть более 11,49. А сумма НДПИ за тонну нефти – 10 963 руб.

Теперь представим себе, что нефть на мировом рынке подешевела почти на треть – до 45 долларов за баррель. В этом случае ценовой коэффициент упадет до 6,9. И при неизменном курсе доллара сумма НДПИ за тонну нефти составит уже всего только 7 138 руб.

Иными словами, падение мировых цен на 30,7% вызовет сокращение нашего НДПИ почти на 37,2%. Получается театр абсурда – наш бюджет зависит от мировых цен на нефть больше, чем сам мировой рынок!

Посмотрим на НДПИ под другим углом. По данным БКС Экспресс, в 2018 году доля НДПИ в выручке Роснефти составили 27,4%, а Татнефти – даже 31%. Повторюсь, речь идет не о прибыли, а о выручке, из которой предприятиям следует еще платить и расходы на добычу нефти, и прочие налоги. Иными словами, НДПИ можно смело считать крупнейшей статьей расходов нефтедобывающих компаний.

И что мы видим?

В случае, когда падают цены на нефть, отечественные добытчики, конечно, теряют существенную часть выручки. Насколько значительную, сказать довольно-таки сложно. Потому что цена нашей нефти на мировом рынке – это одно. А вот выручка нефтедобывающей компании – немножко другое. Нередко такие компании продают нефть за границу через посредников. Или заграничным посредникам.

Но суть в том, что потери нефтедобытчиков от снижения мировых цен ограничиваются объемами нефти, уходящей на экспорт: мировые цены на нефть на наши внутренние цены никак не влияют. Объяснение причин, почему это так, уведет нас в слишком уж далекие дебри. Но всякий живущий в РФ знает, что цены на топливо в нашей стране повышаются в двух случаях: когда мировые цены на нефть растут, и когда они падают. Впрочем, они могут увеличиться и при неизменных мировых ценах на нефть, ведь для нас нет ничего невозможного!

В результате НДПИ, по сути дела, поддерживает отечественного производителя. Стоит ценам на мировом рынке понизиться – и потери на экспортных поставках нефти для наших нефтяников будут немедленно компенсированы снижением основного для них налога, причем для всего объема добываемой ими нефти.

А что поделать? Они же такие бедные, эти нефтяники, последний кусок хлеба доедают. Кому же еще государству помогать, как не им?

Однако же федеральный бюджет РФ при этом страдает. И страдает очень сильно. А бюджет в нашем государстве – это святое.

Как можно «подправить» положение бюджета? Ну, разумеется, «играя» второй основной составляющей формулы расчета НДПИ. А именно – курсом доллара.

Но о том, как это делается и как сказывается на наших компаниях – недропользователях мы поговорим уже в следующей статье.

Продолжение следует…

Автор:Андрей из Челябинска
Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.